Незыблемые перводвигатели 5 глава

Незыблемые перводвигатели 5 глава

Глава 3

Верхушка и дно

Потолок был низким и томным — как в подвале, и, проходя по комнатам, люди невольно пригибали голову, как будто тяжесть нависавшего сверху панельного свода давила на плечи. Круглые обитые красной кожей кабины были интегрированы в каменные стенки, выглядевшие так, как будто их разъели время и сырость. Окон Незыблемые перводвигатели 5 глава не было, только полосы голубоватого света, напоминавшего о светомаскировке при военном положении, пробивались через просветы в каменной кладке. Узенькая, длинноватая лестница вела вниз, как будто спускаясь глубоко под землю. Это был самый дорогой бар Нью-Йорка, и находился он на крыше небоскреба.

За столом посиживали четыре парней. Находясь на высоте шестидесяти Незыблемые перводвигатели 5 глава этажей над городом, они говорили негромко, не так, как человек обычно гласит на большой высоте, окутанный чувством свободы при виде простирающегося перед ним места; их голоса звучали приглушенно, под стать подвальной обстановке.

— Условия и происшествия, Джим, — произнес Орен Бойл, — условия и происшествия, полностью неожиданные. У нас все было готово Незыблемые перводвигатели 5 глава для производства этих рельсов, но произошел неожиданный поворот событий, который никто не способен был предупредить. Если б ты отдал нам хоть некий шанс, Джим.

— По-моему, разобщенность является главной предпосылкой всех соц заморочек, — медлительно, растягивая слова, произнес Таггарт. — Моя сестра имеет некое воздействие в определенных кругах наших акционеров, и мне Незыблемые перводвигатели 5 глава не всегда удается противостоять их разрушительным действиям.

— Точно, Джим. Разобщенность — вот в чем неувязка. Я полностью уверен, что в нашем сложном промышленном обществе ни одна сфера бизнеса не может развиваться удачно, не взяв на себя часть заморочек других отраслей.

Таггарт сделал глоток из собственной рюмки и поставил ее Незыблемые перводвигатели 5 глава назад на стол.

— На их месте я бы уволил бармена, — произнес он.

— Возьмем, например, «Ассошиэйтед стил». У нас самые современные фабрики в стране и самая наилучшая организация производства. Это бесспорный факт — в прошедшем году журнальчик «Глоб» присудил нам премию за эффективность производства. Потому мы можем утверждать, что сделали Незыблемые перводвигатели 5 глава все, что в наших силах, и никто не имеет права нас в чем-либо инкриминировать. Но что все-таки поделаешь, если недостаток стальной руды — государственная неувязка. Мы не могли получить руду, Джим.

Таггарт ничего не ответил. Он посиживал за столом, обширно расставив локти, хотя стол и без того Незыблемые перводвигатели 5 глава был небольшим и неловким. Троим его собеседникам пришлось потесниться, но они, казалось, принимали это как само собой разумеющееся.

— На данный момент никто не может получить руду, — продолжал Бойл. — Природные припасы исчерпаны, оборудование изношено, материалов не хватает, с транспортом перебои... имеются и другие неминуемые трудности.

— Горнодобывающая индустрия разваливается. Отсюда и крах Незыблемые перводвигатели 5 глава горного машиностроения, — произнес Пол Ларкин.

— Общеизвестно, что все сферы экономики взаимосвязаны и взаимозависимы, — произнес Орен Бойл. — Потому каждый должен брать на себя часть бремени всех других.

— По-моему, так оно и есть, — произнес Висли Мауч, но на него никто никогда не направлял внимания.

— Моей целью, — продолжал Бойл, — является сохранение свободной Незыблемые перводвигатели 5 глава рыночной экономики, которая, по всеобщему воззрению, проходит на данный момент собственного рода проверку. Если она не обоснует собственной социальной значимости и не воспримет на себя ответственности за судьбу всего общества, люд такую экономику не поддержит. Она просто упадет, если не выработает внутри себя дух коллективизма, в этом нет никакого Незыблемые перводвигатели 5 глава сомнения.

Орен Бойл появился непонятно откуда 5 годов назад, и с того времени его портрет систематически возникал на обложках всех журналов страны. Он начал свое дело, имея всего 100 тыщ личного капитала и получив займ в двести миллионов от страны. В текущее время он возглавлял большой концерн, поглотивший огромное количество компаний гораздо Незыблемые перводвигатели 5 глава меньше. Как он обожал повторять, его пример наглядно обосновывал, что у человека все есть еще шанс преуспеть в этом мире благодаря личным возможностям.

— Единственным оправданием личной принадлежности — произнес Бойл, — является ее служение обществу.

— По-моему, так оно и есть, — произнес Висли Мауч. Орен Бойл шумно отхлебнул ликер из собственной Незыблемые перводвигатели 5 глава рюмки. Он был большим мужиком, и у него была привычка, разговаривая, очень и размашисто жестикулировать. Все в его наружности гласило о том, что он полон жизни, кроме малеханьких и узеньких, как щелочки, глаз.

— Джим, — произнес он, — похоже, что сплав Реардэна — сплошное надувательство. Я слышал, что ни один из профессионалов Незыблемые перводвигатели 5 глава не отдал ему положительной оценки.

— Да, ни один.

— Мы долгие и длительные годы усиленно работали над неувязкой улучшения свойства железных рельсов, но при всем этом возрастает и их вес. Это правда, что рельсы из сплава Реардэна легче, чем рельсы, сделанные из самой дешевенькой марки стали?

— Да, правда, — произнес Таггарт Незыблемые перводвигатели 5 глава. — Легче.

— Но это просто забавно, Джим. Это нереально. На физическом уровне. И ты собираешься поставить их на такую загруженную, высокоскоростную, важную линию?

— Да.

— Ты же сам для себя создаешь препядствия.

— Не я, моя сестра. — Таггарт посиживал, медлительно вращая 2-мя пальцами ножку рюмки. На мгновение воцарилась тишь. — Государственный Незыблемые перводвигатели 5 глава совет по вопросам металлургической индустрии принял резолюцию об организации комитета с целью исследования металла Реардэна. Ввиду того, что его практическое применение может представлять опасность для общества.

— По-моему, мудрейшее решение, — произнес Висли Мауч.

— Когда все сходятся в одном, — глас Таггарта вдруг стал осиплым, — когда все полностью единодушны, как Незыблемые перводвигатели 5 глава смеет один человек третировать общим воззрением и выражать несогласие? По какому праву? Вот что я желаю осознать — по какому праву?

Взор Бойла был устремлен прямо на Таггарта, но в полумраке, царившем в баре, было нереально ясно разглядеть лицо: он различил только расплывчато-водянистое голубоватое пятно.

— Если задуматься о природных Незыблемые перводвигатели 5 глава ресурсах, недочет которых мы чувствуем настолько остро; если задуматься о актуально принципиальном сырье, которое отдельные личные лица изводят на безответственные опыты; если задуматься о руде... — Бойл не договорил и опять поглядел на Таггарта.

Но Таггарт, казалось, знал, что Бойл ожидает ответа, и с наслаждением растягивал паузу.

— Общество, Джим, актуально заинтересовано в природных Незыблемые перводвигатели 5 глава ресурсах, таких, как стальная руда, — продолжал Бойл. — И оно не может оставаться флегмантичным к бездумному расточительству какого-то антиобщественного индивида. Ведь личная собственность есть только доверительное использование имуществом во имя благосостояния всего общества в целом.

Таггарт посмотрел на Бойла и многозначительно улыбнулся. Эта ухмылка, казалось, гласила, что те Незыблемые перводвигатели 5 глава слова, которые он на данный момент произнесет, послужат, в некий мере, ответом на рассуждения Бойла.

— Это не выпивка, а какие-то помои. Наверняка, такая стоимость, которую обязан платить интеллигентный человек, чтоб не тереться плечо о плечо со всяким сбродом. Но все таки им следовало бы знать, что они имеют Незыблемые перводвигатели 5 глава дело с людьми, которые знают, что такое не плохое спиртное. Раз уж я плачу, мне хотелось бы получить все сполна и в свое наслаждение.

Бойл ничего не ответил. Его лицо вдруг стало темным и угрюмым.

— Послушай, Джим... — начал он медлительно. Таггарт улыбнулся:

— Что? Я тебя слушаю.

— Джим, я уверен Незыблемые перводвигатели 5 глава, ты согласен с тем, что нет ничего страшнее монополизации рынка.

— Да, это так, — произнес Таггарт. — С одной стороны. Но с другой стороны, еще есть и ничем не равновесная, наносящая большой вред конкурентность.

— Ты прав. Ты полностью прав. Нет ничего лучше золотой середины. Потому я считаю, что долг общества состоит Незыблемые перводвигатели 5 глава конкретно в том, чтоб устранять крайности, ты согласен?

— Да, согласен.

— Давай сейчас разглядим, как обстоят дела в горнодобывающей индустрии. Валовой объем добычи руды чертовски падает. Это ставит под опасность существование сталелитейной индустрии как такой. Сталелитейные фабрики запираются один за одним по всей стране. Остался только один, который по удачному Незыблемые перводвигатели 5 глава стечению событий всеобщий кризис обошел стороной. Там как бы добывают много руды и всегда поставляют в срок. Но кто получает прибыль? Никто, не считая обладателя. Как по-твоему, это справедливо?

— Нет, не справедливо.

— Большая часть из нас не является обладателями рудников. Как мы можем соперничать с человеком Незыблемые перводвигатели 5 глава, заполучившим чуть не монопольное право на природные ресурсы, принадлежащие, в конечном счете, всем? Ничего необычного, что ему всегда удается впору поставлять сталь, в то время как нам приходится биться за каждый килограмм руды, ожидать, терять клиентов и в конце концов разоряться. Разве это в интересах общества — позволить одному человеку Незыблемые перводвигатели 5 глава убить целую ветвь?

— Конечно, нет, — ответил Таггарт.

— Мне кажется, что государственная политика должна быть ориентирована на то, чтоб каждый получал по праву причитающуюся ему долю рудных ресурсов с целью сохранения всей отрасли в целом. Как ты считаешь, это справедливо?

— Справедливо.

Бойл вздохнул и осторожно произнес:

— Но, наверняка, в Вашингтоне не настолько не Незыблемые перводвигатели 5 глава мало людей, которые могли бы осознать социально-прогрессивную политику?

— Такие люди есть, их, естественно, незначительно, и к ним требуется особенный подход, но они есть. Может быть, я поговорю с ними.

Бойл взял свою рюмку и залпом опустошил ее — так, как будто он уже услышал все, что желал Незыблемые перводвигатели 5 глава услышать.

— Раз уж мы заговорили о прогрессивной политике, Орен, — произнес Таггарт, — ты мог бы задать для себя последующий вопрос: на данный момент, в период острого кризиса в сфере транспортных услуг, когда 10-ки стальных дорог становятся банкротами и большие местности остаются без жд сообщения, отвечают ли интересам общества совсем ненадобное чрезмерное скопление Незыблемые перводвигатели 5 глава стальных дорог в одном районе и хищническая конкурентность со стороны новичков на территориях, где издавна обосновавшиеся компании имеют исторически сложившийся ценность?

— Ну что ж, — произнес Бойл удовлетворенным голосом, — мне кажется, это очень увлекательный вопрос и его стоит разглядеть более детально. Я мог бы побеседовать об этом кое с Незыблемые перводвигатели 5 глава кем из моих друзей в Государственном жд союзе.

— Не имей 100 монет в облигациях, а имей 100 друзей в организациях, — лениво промолвил Таггарт. Он внезапно оборотился к Ларкину: — Ты согласен, Пол?

— Что? А, да. Да, естественно, — ответил тот удивленно.

— Я рассчитываю на тебя, Пол.

— Гм?

— Я рассчитываю на твои необъятные дружественные Незыблемые перводвигатели 5 глава связи. Казалось, все отлично знали, почему Ларкин ответил не сходу. Он как-то сник и, съежившись, придвинулся к столу.

— Если все сольются во имя общей цели, никто же не пострадает! — выкрикнул он вдруг полным отчаяния голосом. Он увидел, что Таггарт внимательно глядит на него, и умоляюще добавил: — Мне бы Незыблемые перводвигатели 5 глава очень не хотелось, чтоб из-за нас кто-либо пострадал.

— Это совсем антиобщественная позиция, — медлительно растягивая слова, произнес Таггарт. — Тот, кто опасается признать необходимость определенных жертв, не имеет никакого права гласить об общей цели.

— Я отлично знаю историю, выпалил Ларкин, — и признаю существование исторической необходимости.

— Вот и отлично, — произнес Таггарт Незыблемые перводвигатели 5 глава.

— Я ведь не могу выступать против общемировой тенденции? — взмолился Ларкин.

— Конечно, нет, — произнес Висли Мауч. — Нас с вами никто не упрекнет, если мы...

При звуке его голоса Пол вздрогнул и отпрянул от стола. Его как будто покоробило. Он органически не выносил Мауча.

— Надеюсь, ты отлично провел время в Мексике Незыблемые перводвигатели 5 глава, Орен? — вдруг громко-непринужденным тоном спросил Таггарт.

Казалось, все понимали, что цель нынешней встречи достигнута и они получили ответы на все интересовавшие их вопросы.

— Мексика — красивая страна, — бодро ответил Бойл, — она побуждает и дает обильную еду для раздумий. Продуктовые пайки у их, правда, не ахти. Я даже Незыблемые перводвигатели 5 глава приболел мало. Но они там вовсю стараются поставить страну на ноги.

— И как у их идут дела?

— По-моему, отлично, просто отлично. Правда, на данный момент там... Но в конце концов, они ведь нацелены на будущее. У Народной Республики Мексика огромное будущее, это я вам точно говорю. Через Незыблемые перводвигатели 5 глава несколько лет они всех нас заткнут за пояс.

— Ты был на рудниках Сан-Себастьян?

Все четыре за столом сходу выпрямились и внутренне натужились. Любой из их вложил уйму средств в акции этих рудников.

Бойл ответил не сходу, и от этого его глас внезапно прозвучал противоестественно звучно, когда он выпалил:

— О да Незыблемые перводвигатели 5 глава, естественно. Конкретно за этим я и ездил в Мексику.

— И?..

— Что «и»?

— Как там у их дела?

— Потрясающе. Просто потрясающе. Это безусловно самое богатое месторождение меди в мире.

— Ну и как они — работают?

— Еще бы. Я в жизни не лицезрел таковой бурной деятельности.

— И чем непосредственно они занимаются?

— Знаешь, у Незыблемые перводвигатели 5 глава их там управляющий мексикашка некий, я не сообразил и половины из того, что он мне гласил. Но работают они много, это точно.

— Какие-нибудь трудности?

— Трудности? Где угодно, только не там. Рудники Сан-Себастьян — последнее оставшееся в Мексике личное предприятие, и это почти все меняет. Вот поэтому там бурлит Незыблемые перводвигатели 5 глава работа.

— Орен, — осторожно произнес Таггарт, — как насчет слухов, что рудники Сан-Себастьян собираются национализировать?

— Инсинуация, — ответил Бойл. — Просто грязные слухи. Уж я-то знаю. Я ужинал с министром культуры Мексики и обедал с иными шишками.

— Вообще-то следовало бы издать закон об ответственности за распространение слухов и сплетен Незыблемые перводвигатели 5 глава, — угрюмо проронил Таггарт. — Давайте выпьем еще.

Он раздраженно махнул рукою, подавая символ официанту. В черном углу зала была маленькая стойка, за которой стоял старенькый, с изрезанным морщинами лицом бармен. Он длительно стоял бездвижно и, когда его подзывали, передвигался с надменной медлительностью. Его обязанностью было так обслуживать гостей, чтоб, находясь Незыблемые перводвигатели 5 глава в этом баре, они получали максимум наслаждения, но он вел себя как издерганный фельдшер на приеме венерических нездоровых.

Все четыре молчком посиживали за столом, пока официант не принес еще одну порцию выпивки. Он поставил бокалы на стол — в полутьме они напоминали четыре бледно-голубых язычка слабенького пламени Незыблемые перводвигатели 5 глава. Таггарт взял собственный бокал и вдруг улыбнулся.

— Давайте выпьем за жертвы во имя исторической необходимости, — произнес он, смотря на Ларкина.

На мгновение наступила тишь. В освещенной комнате это было бы состязанием людей, смотрящих в глаза друг дружке, но тут, в полумраке, каждый лицезрел только черные провалы глазниц других. Потом Пол Ларкин поднял Незыблемые перводвигатели 5 глава бокал.

— Плачу за всех, ребята, — произнес Таггарт.

Никто не нашелся, что ответить, пока Бойл с обходительным любопытством не заговорил:

— Послушай, Джим, я желал у тебя спросить, что, черт побери, творится на твоей полосы Сан-Себастьян?

— Что ты хочешь сказать? Что там не так?

— Ну, не знаю, но мне Незыблемые перводвигатели 5 глава кажется, что пускать по таковой полосы всего один пассажирский поезд в денек — это...

— Один поезд в денек?!

— ...это просто курам на хохот, к тому же еще какой поезд. Ты, наверняка, унаследовал эти доисторические вагоны от собственного прапрадедушки, ну и он, должно быть, гонял их беспощадно. А где ты откопал Незыблемые перводвигатели 5 глава паровоз?

— Паровоз?

— Вот конкретно. Я, не считая как на фото, ранее такового не лицезрел. В каком музее ты его раздобыл? Ну-ну, не делай вид, как будто ничего не знаешь, скажи, что ты затеял?

— Да, естественно, я знаю, — поспешно произнес Таггарт. — Это всего только... Ты случаем оказался Незыблемые перводвигатели 5 глава там конкретно на той неделе, когда у нас появилась маленькая задержка с локомотивами — издавна заказали новые, но вышла задержка, — ты ведь знаешь, какие у нас препядствия с вагоностроителями, но это временно.

— Естественно, — произнес Бойл, — задержки неминуемы. Все же на таком страшном поезде я еще не ездил. Чуток душу из Незыблемые перводвигатели 5 глава меня не вытряс.

Через пару минут все увидели, что Таггарт замолчал. Казалось, он был поглощен своими неуввязками. Когда он резко, без извинений поднялся, другие тоже встали, восприняв это как приказ.

— Было очень приятно, Джим. Очень приятно. Вот так и появляются величавые проекты — за бокалом вина с друзьями, — пробормотал Ларкин, напряженно улыбаясь.

— Преобразования Незыблемые перводвигатели 5 глава в обществе происходят медлительно, — холодно произнес Таггарт, — необходимо набраться терпения и быть аккуратными. — В первый раз за весь вечер он оборотился к Висли Маучу: — Что мне в для тебя нравится, Мауч, так это то, что ты не болтлив.

Висли Мауч был человеком Реардэна в Вашингтоне.

В Незыблемые перводвигатели 5 глава небе еще показывались блики заката, когда Таггарт и Бойл вышли на улицу. Резкая перемена обстановки немного шокировала их — мрачный бар невольно нагонял чувство, что и весь город погружен в непроглядную темень.

Большущее здание тянулось к небу, возвышаясь над ними, прямое и острое, как занесенный над головой клинок. Вдали наверху зависло Незыблемые перводвигатели 5 глава табло огромного календаря.

На улице было прохладно; Таггарт нервно, раздраженным жестом поднял воротник и застегнул пуговицы пальто. Он не собирался ворачиваться вечерком на службу, но пришлось. Ему необходимо было переговорить с сестрой.

— ...впереди у нас тяжелое дело, Джим, — гласил Бойл, — тяжелое дело, в каком настолько не мало угроз и осложнений Незыблемые перводвигатели 5 глава, в каком настолько не мало поставлено на карту...

— Все находится в зависимости от знакомства с теми, от кого все зависит. Осталось только узнать, от кого конкретно все зависит, — медлительно произнес Таггарт.

* * *

Дэгни Таггарт было девять лет, когда она решила, что когда-нибудь будет управлять «Таггарт трансконтинентал». В тот денек Незыблемые перводвигатели 5 глава она стояла среди жд полотна, смотря на две ровненькие полосы железных рельсов, которые, устремившись вперед, сливались кое-где вдалеке в одну точку. Дорога прорезала лес и совершенно не гармонировала с окружавшими ее вековыми деревьями, ветки которых опускались на зеленоватые шапки кустарников и росшие то здесь, то там полевые Незыблемые перводвигатели 5 глава цветочки. Смотря на нее, Дэгни испытывала гордую удовлетворенность. Железные рельсы поблескивали на солнце, а темные шпалы напоминали ступени лестницы, по которым ей предстояло подняться.

Ее решение не было неожиданным — в словах отпечатлелось то, что она знала давным-давно. С неразговорчивого согласия, как будто связанные клятвой, давать которую не было Незыблемые перводвигатели 5 глава никакой необходимости, она и Эдди предназначили себя стальной дороге с юношества, чуть начав что-то осознавать в внешнем мире.

Она испытывала полное безразличие к миру, конкретно окружавшему ее, — и к взрослым, и к детям. Она принимала то, что ей пришлось оказаться в окружении тупых, сероватых людей, как некоторое Незыблемые перводвигатели 5 глава грустное недоразумение, которое нужно претерпеть. Она замечала вокруг проблески другого мира и знала, что он существует, мир, в каком строились поезда и возводились мосты, мир, который сделал телеграфную связь и семафоры, мигающие в ночной мгле зеленоватыми и красноватыми огнями.

Дэгни никогда не думала, почему она так любит металлическую дорогу, — она Незыблемые перводвигатели 5 глава знала, что это чувство нереально с кое-чем сопоставить либо разъяснить. Она испытывала схожее в школе на уроках арифметики. Это был единственный предмет, который ей вправду нравился. Решая задачки, она чувствовала необычное волнение, дерзкое чувство экстаза от того, что приняла брошенный вызов и без усилий одолела, и страстное желание Незыблемые перводвигатели 5 глава и решимость идти далее, совладать с еще одним, куда более сложным испытанием. Хотя математика давалась ей совсем не сложно, она испытывала растущее чувство почтения к этой четкой, максимально рациональной науке. Она нередко задумывалась: «Как отлично, что люди дошли ранее, и как отлично, что я в этом сильна». Два Незыблемые перводвигатели 5 глава чувства росли и крепчали в ней: искреннее восхищение этой царицей наук и удовлетворенность от понимания собственных возможностей. То же самое она чувствовала по отношению к стальной дороге: преклонение перед гением людского разума, с помощью которого это стало вероятным, но преклонение со сокрытой ухмылкой, как будто она желала сказать, что знает Незыблемые перводвигатели 5 глава, как сделать металлическую дорогу еще лучше, и когда-нибудь сделает. Она смиренно бродила вокруг жд полотна и паровозных депо, но в этом смирении чувствовался колер гордости и величия — величия, которого ей предстояло достигнуть своим трудом.

С юношества она повсевременно слышала в собственный адресок две фразы. «Ты нестерпимо заносчива», — нередко гласили ей Незыблемые перводвигатели 5 глава, хотя Дэгни никогда не пробовала обосновать, что она умнее других, и «Ты эгоистична», — хотя, когда она спрашивала, что это означает, ей ничего не отвечали. Она смотрела на взрослых, удивляясь, как они могут полагать, что она ощутит вину, если сами обвинения не сформулированы.

Ей было двенадцать лет, когда она произнесла Незыблемые перводвигатели 5 глава Эдди Виллерсу, что будет управлять стальной дорогой, когда вырастет. В пятнадцать лет она в первый раз задумалась над тем, дамы стальными дорогами не управляют и что кое-кому это может не приглянуться. Ну и черт с ним, помыслила она и больше не переживала по этому поводу.

Ей Незыблемые перводвигатели 5 глава было шестнадцать лет, когда она начала работать в «Таггарт трансконтинентал». Ее отец ничего не имел против, это только несколько позабавило и изумило его. Поначалу она работала ночным диспетчером на маленькой пригородной станции. Пару лет она работала ночами, а деньком обучалась в машиностроительном институте.

Джеймс Таггарт, которому был 20 один Незыблемые перводвигатели 5 глава год, начал карьеру сразу с ней — в отделе рекламы.

Дэгни стремительно продвигалась по служебной лестнице «Таггарт трансконтинентал». Она занимала одну ответственную должность за другой, так как, не считая нее, занять их было некоторому. Она увидела, что профессиональных работников в компании незначительно и с каждым годом становится меньше и меньше. Ее Незыблемые перводвигатели 5 глава конкретные начальники, от которых зависело принятие окончательных решений, всеми методами избегали ответственности; она же просто отдавала распоряжения, и распоряжения эти производились. И на каждой ступени собственного продвижения она вела всю реальную работу за длительное время до того, как получала подобающую должность. Она как будто переходила из одной пустой комнаты в Незыблемые перводвигатели 5 глава другую. Никто не препятствовал ей, но никто и не одобрял ее продвижения.

Ее отец, казалось, был удивлен и в то же время гордился ею, но он ничего не гласил, и она замечала на его лице выражение печалься, когда он смотрел на нее. Он погиб, когда ей было 20 девять лет. «Всегда Незыблемые перводвигатели 5 глава найдется Таггарт, способный управлять компанией» — это были последние слова, которые он произнес ей. И при всем этом как-то удивительно поглядел на нее. Взор выражал и поздравление, и сострадание.

Контрольный пакет акций перебежал к Джеймсу Таггарту. В 30 четыре года он стал президентом компании. Дэгни предугадала, что совет директоров Незыблемые перводвигатели 5 глава изберет конкретно его, но так и не смогла осознать, почему они создали это так охотно. Они гласили что-то о традициях, о том, что президентом компании всегда был старший из отпрыской Таггартов. Казалось, выбирая Таггарта президентом компании, они руководствовались этим же чувством, которое принуждало их сворачивать, если дорогу им перебегала Незыблемые перводвигатели 5 глава темная кошка, — ужасом. Они гласили о его особенном даре «создавать стальным дорогам внушительную репутацию», о доброжелательности к нему прессы, о его «связях в Вашингтоне». Он был необыкновенно искусен в снискании доброжелательности у законодателей.

Дэгни ничего толком не знала о том, что называли связями в Вашингтоне и что эти Незыблемые перводвигатели 5 глава связи могли означать. Но похоже, это было нужно, потому она выкинула это из головы и не ворачивалась больше к этому вопросу, полагая, что в мире существует огромное количество разных работ, которые малоприятны, но все же нужны, такие, например, как чистка сточных канав. Кто-то же должен этим Незыблемые перводвигатели 5 глава заниматься, а Джиму, похоже, это нравилось.

Она никогда не стремилась к президентскому креслу; отдел грузовых и пассажирских перевозок был ее единственной заботой, больше ее ничто не тревожило. В один прекрасный момент, когда она выехала с очередной проверкой на линию, старенькые работники «Таггарт трансконтинентал», которые вытерпеть не могли Джима, произнесли Незыблемые перводвигатели 5 глава ей: «Всегда найдется Таггарт, способный управлять компанией». При всем этом она увидела на их лицах то же выражение, которое лицезрела на лице отца незадолго до погибели. Она была уверена, что Джим не так умен, чтоб причинить большой вред компании, и что она всегда сумеет выправить положение, что бы он ни натворил.

В Незыблемые перводвигатели 5 глава шестнадцать лет, сидя за диспетчерским пультом и смотря на освещенные окна проезжавших мимо поездов, она задумывалась, что наконец отыскала собственный мир. Годы спустя она сообразила, что это не так. Она вдруг нашла, что обязана биться с тем, на что не стоило затрачивать ни мельчайших усилий. Она сочла Незыблемые перводвигатели 5 глава бы за честь противопоставить себя сильному противнику и оговаривать свое приемущество в бесчеловечном поединке, но заместо этого ей приходилось биться с серостью, заурядностью и полным отсутствием профессионализма. Как будто большой комок ваты, мягенький и непонятный, который никому и ничему не мог оказать ни мельчайшего сопротивления, неодолимым препятствием встал на ее Незыблемые перводвигатели 5 глава пути. Дэгни была обескуражена и сбита с толку этим таинственным явлением. Она спрашивала себя, как такое могло случиться и в чем причина, но не находила ответа.

1-ые пару лет ей время от времени до боли хотелось узреть хотя бы проблеск возможностей, хоть намек на умение работать. Она Незыблемые перводвигатели 5 глава мучилась от жажды повстречать друга либо неприятеля, который оказался бы умнее ее. Но с течением времени это прошло. Она должна была работать, у нее просто не было времени ощущать боль, во всяком случае, такие минутки выдавались нечасто.

Первым решением, которое принял Джеймс Таггарт, став президентом компании, был пуск строительства полосы Незыблемые перводвигатели 5 глава Сан-Себастьян. На это решение воздействовало огромное количество людей, но для Дэгни имя 1-го человека превзошло собой все другие. С этим именованием было связано затянувшееся на 5 лет строительство многомильной полностью никчемной жд ветки, с этим именованием были связаны большие убытки ее компании — числа, которые перетекали со странички на Незыблемые перводвигатели 5 глава страничку отчетов, как будто струйка крови из незатягивающейся раны. Это имя можно было узреть на лентах телетайпных сообщений, поступающих со всех еще уцелевших бирж мира, и на дымовых трубах заводов, освещенных красным заревом, вырывавшимся из медеплавильных печей. Это имя мерцало в скандальных газетных заголовках и на пергаментных страничках древних дворянских альманахов Незыблемые перводвигатели 5 глава; это имя стояло на карточках, прикрепленных к букетам цветов в будуарах дам, живших в различных местах и на различных материках.

Этим человеком был Франциско Д'Анкония.

В 20 три года, унаследовав состояние собственного отца, Франциско Д'Анкония стал известен как медный повелитель мира.

На данный момент, в 30 6, он был известен Незыблемые перводвигатели 5 глава как самый обеспеченный человек и самый скандальный, бесполезный плейбой на земле. Он был последним потомком 1-го из самых авторитетных семейств Аргентины. Ему принадлежали огромное количество пастбищ, на которых разводили скот, кофейные плантации и большая часть медных рудников в Чили. Практически он был владельцем хорошей половины Южной Америки и Незыблемые перводвигатели 5 глава обладателем огромного количества рудников, рассыпанных по всем Соединенным Штатам, как будто горсть медных монет.

Когда Франциско Д'Анкония купил большой участок пустынных гор на местности Мексики, прошел слух, что он нашел там большие залежи меди. Он без мельчайшего труда реализовал акции собственного предприятия, не было отбоя от желающих их приобрести, и Незыблемые перводвигатели 5 глава он просто избрал посреди подавших заявку тех, кого желал. Он был гением денежных операций, его талант называли необыкновенным. Ни один человек не смог затмить его ни в каком предприятии, и хоть какое дело, до которого он снисходил, увеличивало его и без того баснословное достояние.

Те, кто громче всего поносил Незыблемые перводвигатели 5 глава его, первыми пробовали ухватиться за всякую возможность погреть руки за счет его таланта и урвать кусочек его нового приобретения. Джеймс Таггарт, Орен Бойл и их друзья были в числе главных акционеров проекта, который Франциско Д'Анкония именовал «Рудники Сан-Себастьян».

Дэгни так и не смогла осознать Незыблемые перводвигатели 5 глава, что принудило Джеймса Таггарта выстроить металлическую дорогу из Техаса в пустынные районы Сан-Себастьян. Похоже, он и сам этого толком не осознавал. Он был как поле, не защищенное от ветра лесополосой, открытое всем порывам ветра, им крутили как желали, а итог выходил совсем случаем. Только немногие из совета директоров Незыблемые перводвигатели 5 глава проголосовали против этого проекта. Компании необходимы были все свободные средства на реконструкцию Рио-Норт, она не могла позволить для себя и то и это. Но Джеймс Таггарт был новым президентом компании. Это был 1-ый год его правления. Он одолел.

Правительство Мексики с чрезвычайной радостью подписало договор, гарантировавший «Таггарт трансконтинентал Незыблемые перводвигатели 5 глава» право принадлежности на жд линию в течение двухсотен лет — в стране, где не признавали никаких прав принадлежности. Франциско Д'Анкония получил аналогичную гарантию на свои рудники.

Дэгни всячески пробовала воспрепятствовать строительству этой стальной дороги. Но она была очень молода и, будучи в ту пору рядовым сотрудником отдела перевозок, не обладала Незыблемые перводвигатели 5 глава достаточной властью. Ее никто не послушал.

Она никак не могла осознать — ни тогда, ни на данный момент, — какими мотивами руководствовались те, кто решил выстроить эту линию. Сидя немощным зрителем на одном из заседаний совета, она вдруг ощутила, что в кабинете царствует какая-то странноватая атмосфера уклончивости. Эта уклончивость Незыблемые перводвигатели 5 глава чувствовалась в каждом слове, в каждом резоне, как будто так и не сформулированная настоящая причина решения была максимально ясна всем — всем, не считая нее.

Они гласили о значимости будущих торговых связей с Мексикой, о будущем большом потоке грузовых перевозок, о несусветных доходах, которые гарантированы эксклюзивному перевозчику неистощимых припасов меди Незыблемые перводвигатели 5 глава. Они приводили в качестве основного резона былые заслуги Франциско Д'Анкония, но никто не упомянул результатов минералогического исследования рудников Сан-Себастьян. Фактических данных практически не было. Та информация, которую обнародовал Франциско Д'Анкония, конкретностью не отличалась. Но казалось, факты никого не заинтересовывали.


ni-e-mobilya-ni-e-biatlona-23-11-2012-glavnie-novosti-sporta-5.html
ni-na-chto-nepohozhij-kulturnij-mirok-na-krayu-chyornogo-morya.html
ni-odin-film-ne-mozhet-rasskazat-obo-vsem-sherl.html