Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»

^ Н. Г. Урванцева (КарелГПУ)


ЗЕРКАЛО: Главные ИНВЕРСИИ И МЕТАМОРФОЗЫ
(На материале детского фольклора и детской литературы)


С юношества человек пробует отыскать границу меж «своим» и «чужим» миром. В детских легендах, фольклоре и Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» литературе нередко проявляется архетип перехода (мост — лестница — радуга — туннель — колодец)1. Время от времени порыв к запредельному, непознаваемому может осуществляться при помощи зеркала. Игра с зеркалом очень принципиальна для малыша. Эта игра у черты/границы Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» остраняет и мифологизирует место зеркала. Оно выступает как типичный мифотоп2.

Зеркало в народной традиции — знак отражения и удвоения. Оно делит наш мир на Предзеркалье и Зазеркалье. Зеркало играет роль границы Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»/ порога меж «своим» и «чужим» миром. Удваивая мир, оно совершает разные инверсии и метаморфозы.

1. Пространственные оппозиции3

1.1. внутренний/наружный

Бинарная оппозиция внутренний/ наружный «составляет универсалию семиотики культуры»4. Ребенок, воспринимая себя в зеркале как «я Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»», сразу принимает свое отражение как «не-я», как «Другое». Такая «друговость» заложена в нас с самого юношества.

Зеркало вначале содержит внутри себя идею двойника. Зеркальное отражение соотносится с рефлексией, самопознанием. Появляется оппозиция глядеть в Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» себя / на себя («другого»). По словам Ю. И. Левина, «это смотрение на себя отождествляется с пребыванием в ином мире...»5. «Другое» — это «свой заочный образ», «с помощью которого мы пытаемся отыскать ценностную Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» позицию к себе…»6. Зеркало дает восприятие «анти-себя». Соответственно появляются оппозиции «я» / «не-я», я / другой, оригинал / копия, отражаемое / отраженное, через / через.

^ 1.2. верх / низ

Различают «верхнее» зеркало (небо) и «нижнее» зеркало («зеркало Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»» воды). «В неких районах Болгарии понятно представление о стеклянном зеркале, отражающем все сущее на земле…»7. Вертикальное и горизонтальное зеркала симметричны друг дружке (энантиоморфизм).

С горизонтальным зеркалом человек знаком издавна. Первым зеркалом было природное зеркало — поверхность Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» воды (ср. миф о Нарциссе). В рассказе Л Воронковой «Как Аленка разбила стекло» отражается детское восприятие «водного» зеркала: «Смотри-ка, зеркало! — произнесла Аленка. — Все видно!» Таня поглядела в лужу. И правда: все Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» видно — и небо, и белоснежное облачко, и ветки сирени из палисадника… И их самих тоже видно — стоят в глубине Таня и Аленка и глядят на их из воды»8. В Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» «водном» зеркале все напротив.

^ 1.3. правое/ левое

Зеркало — область симметрии, инверсирующая правое и левое. Это противопоставление имеет значение «хорошее — плохое». Правое всегда лучше левого. Понятие правого / левого интенсивно использовалось в гаданиях о судьбе, в Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» приметах и суевериях. К примеру, заходить в дом необходимо с правой ноги; Нельзя плевать вправо — в ангела попадешь.

Зеркало превращает правшу в левшу и напротив. В притче Л. Кэрролла «Алиса в Зазеркалье» братья-близнецы Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» Труляля и Траляля являются зеркальным отражением друг дружку. Когда они здоровались с Алисой, то протягивали ей соответственно правую и левую руку. В повести-сказке В. Г. Губарева «Королевство кривых зеркал Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»» Оля правша, а ее зеркальное отражение Яло — левша.

1.4. впереди/сзади

Основной принцип Зазеркалья — «задом наперед, все наоборот» (Л. Кэрролл). Оппозицию заднее / фронтальное моделируют палиндромы (перевертни) — слова, которые читаются слева вправо и напротив идиентично. В Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» притче А. Толстого «Золотой ключик, либо Приключения Буратино» употребляется палиндром «А роза свалилась на лапу Азора», который вымыслил А. Фет. Карельский детский писатель И. Востряков в притче «Круглый дурак»9 употребляет слово «олово» — повторяющийся палиндром Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» — слово, которое при написании по кругу читается идиентично по — и против часовой стрелки.

Детский «заумный» язык, детские «тайные» («оборотные», «обрат-ные») языки читаются «сзади наперед»10. На таком «переворачивании» построены некие слова Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» из книжки И. Вострякова «Учебник по вранью»: зайцепед, хленава, башкомет, ноговицы, темнохрюпики. Ис-пользуя «прием перевирания» (Дж. Родари), в этой же книжке делает сказки-перевертыши «Репка» и «Курочка Ряба».

^ 1.6. прямое/ искривленное

Неровное зеркало Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» указывает мир в искаженном свете. В повести-сказке В. Г. Губарева «Королевство кривых зеркал» искривленное зеркало указывает тупость короля. Такую же разоблачительную функцию делает прямое зеркало в притче Г.-Х. Андерсена Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» «Новое платьице короля».

В искривленной поверхности зеркала мир отражается по-другому. Эту семиотическую возможность кривого зеркала употребляет детский фольклор. В небывальщинах, превертышах, нескладушках, прибаутках языковой, предметный и событийный мир перевернут с ног на голову Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»: «сидит заяц на заборе при калошах», «облоухая свинья на дубу гнездо свила», «едет повар на тарелке две кастрюли впереди». Заранее искажая действительность, малыши в «лепых нелепицах» (К. Чуковский) утверждаются в норме.

Зеркало Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» — «атрибут коварного, карнавального мира»11, который строится на «инверсии двоичных противопоставлений». На карнавале изменяются верх / низ, мужское / женское, повелитель / нищий, толстый / узкий и т. д. Мир стает «шиворот-навыворот» (к Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» примеру, одежка надевается напротив).

^ II. Временная оппозиция

В Предзеркалье время анизотропно. В Зазеркалье происходит инверсия времени — оно движется не вперед, а вспять. Основной принцип Зазеркалья — «стремиться как можно быстрее вперед, оставаясь на месте» (Л. Кэрролл Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»). П.А. Флоренский разработал теорию оборотного времени. Одно из проявлений времени в Зазеркалье — это «остановившееся мгновение» (Гете). При помощи зеркала можно заглянуть в прошедшее (см. рассказ С. Романовского «Зеркало в древнем Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» особняке»12) либо в будущее (гадания на зеркале).

III. Остальные оппозиции

^ 3.1. Целый/ битый, сломанный

Зеркало поврежденное/дефектное/разбитое/треснувшее предсказывает несчастье, т.к. нарушается граница меж «своим» и «чужим» миром. Народная примета гласит: «Разбить Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» зеркало — семь лет бедовать». В «Сказке о мертвой царевне и 7 богатырях» А.С. Пушкина злая мачеха, разбивая свое зеркало, убила свое 2-ое «я».

^ 3.2. свое/ чужое

Свое / чужое «в содержательном смысле смыкается с первой оппозицией внутренний Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» / наружный, являясь вроде бы ее толкованием в более широком плане»13.

Таким макаром, мифологема зеркального отражения позволяет обрисовать главные инверсии и метаморфозы «своего» и «чужого» мира.


И. Н. Ружинская

(Петрозаводск)


^ «СВОЕ» И Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» «ЧУЖОЕ» В ФОЛЬКЛОРНОМ Наследстве

ОШТИНСКИХ СТАРООБРЯДЦЕВ


Всеохватывающая черта духовного наследства старообрядцев невозможна без исследования их фольклорных традиций. Вместе с исследованием памятников вещественной культуры, письменного наследства, воззвание к миру устно-поэтического творчества позволяет Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» поглубже осознать явление, ставшее реальностью для одних поколений и остающееся загадкой для других. Являясь частью одного культурного места, старообрядческая культура стала носительницей традиций и норм «древлего православия», с присущим ему рвением к Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» физическому и духовному благочестию, благообразию наружного и внутреннего мира. С другой стороны, ежедневная жизнь старообрядцев, хранителей «веры отцов», являла примеры обрядовых традиций дохристианских верований. В этой связи было бы неверно противопоставлять старообрядческую культуру культуре не Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» старообрядческой, ибо старообрядцы не сделали собственной культуры. Но, в силу принужденного существования под неизменным прессингом духовных и светских властей, лингвокультурологическая личность старообрядца была больше нацелена на сохранение традиций прошедшего. Вследствие этих событий Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» ежедневный мир старообрядца испытал на для себя не просто растворение мифологической традиции в нормах православной культуры. Враждебность мира, где воцарился антихрист, верно вырисовывала ценностные ориентиры, особенная смысловая наполненность которых осуществлялась Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» в оппозициях «старое — новое», «свое — чужое», «добро — зло», «праведность — грех». Броским примером этого являются комплоты, неотъемлемая часть фольклорного наследства. Конкретно в их самобытно переплелись волшебная и христианско-религиозная коммуникации, органически заполненные важными оппозициями. Разглядим Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» это в заговорной традиции старообрядцев села Ошта Лодейнопольского уезда Олонецкой губернии середины XIX века. Выбор пространственно — временных границ объясним целым рядом специфичных событий:

— это время, когда на местности губернии проживали старообрядцы Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое», и власти имели более достоверную картину о масштабах распространения староверия в крае;

— обитатели Ошты, расположенной на скрещении торговых путей из Петербурга в Архангельск и из Вытегры в Петрозаводск, отличались зажиточностью и использовали все Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» достоинства посреднической торговли «жизненными припасами»;

— Ошта являлась одним из центров местного старообрядчества, потому что даже по официальным данным каждый 5-й старообрядец уезда пребывал конкретно тут (260 человек из 1219);1

— наряду со Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» «значительным распространением грамотности» и сохранением традиций «древлего православия», фольклорный мир местных старообрядцев являл собой «образцы суеверной набожности, используемые к случаям жизни»2.

До нас дошли три комплота оштинских старообрядцев3, которые мы проанализируем исходя из Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» убеждений важной оппозиции «свое — чужое» с сохранением всех лингвистических особенностей источника.

^ Метод исцеления грыжи

Стану я, раб божий (и. р.), благословясь, пойду перекрестясь, из избы дверьми, из ворот в ворота, в незапятнанное поле. В чистом Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» поле стоит три терема златоверховатных. В тех теремах посиживают три бардовых девушки на золотых стульях. У их в руках иголки медны, в иголках ниточки шелковы. Вышивают и выкалывают они Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» у раба божьего (и.р.) всякую грыжу: сухую и влажную, роженичку и черешничную, становую и паховую, всякую, чтоб не щемило, не болело у раба божьего (и.р.), с этого момента и до века и Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» во веки веков. Аминь.

^ Метод для ружья

Во имя Отца и Отпрыска и Святого Духа. Аминь.

О, горе ты, сатана, со всеми своими темными духами и неприязненными копиями. Не прикасайся ко Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» мне, рабу божьему (и.р.) и к моему булатному ружью. Стоит около меня, раба божьего (и.р.), тын металлический, ворота медны, верей булатный от земли до неба, от востока до запада. На том Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» тыну посиживает наш Господь, Исус Христос, с два на 10 Апостолами и Пророками, Миша Архангел с пламенным щитом и огненным копьем, которым сатану с неба поразил. Тем копьем защищает и ограждает меня от всяких ведренных Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» дум и оговоров, в каждый час и минутку, с этого момента и до века и во веки веков. Аминь.

^ Метод приворожить девушку

Стану я, раб божий (и. р.), благословясь, пойду перекрестясь Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое», из дверей в ворота, пойду в незапятнанное поле. В чистом поле стоит престол Господень, у престола Господня стоят Ангелы и Архангелы, Херувимы и Серафимы, зрят и глядят на настоящего Христа Небесного. Так бы Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» и на меня, раба божьего (и.р.), раба божья (и.р.) зрела и смотрела во всякую пору и во всякое время, с этого числа и на век собственный, во все Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» таки веки. Аминь.

^ Сим словам ключ и замок.

Пред нами — эталоны комплотов, специфичной жанровой формы народного фольклора. Само понятие «заговор» очень трудно и растяжимо, что видно уже из мотивированной предназначенности каждого. Используя систематизацию Н Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое». Познанского4, можно найти, что пред нами «шептание» (на исцеление от заболевания), «оберег» (от «ветреных дум и оговоров») и «присушка» (для возбуждения любви). Невзирая на разноплановость конечных целей каждого, от целительных до приворотных Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое», в их приметны обычные заговорные стереотипы приемов и формул, которые позволяют включить данные эталоны в единое обрядовое место. Таким макаром, синтез вербального кода (слово), реального кода (предметы) и акционального кода Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» (действие) составляет целостное семантическое поле оштинских комплотов. Так, началу каждого из их предшествует молитвенный «зачин», задающий воззванию к «своим» небесным покровителям специфическую христианскую коммуникацию. Это могла быть просьба о божественном благословении (в особенности в просьбах Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» на исцеление), или конкретное молитвенное вознесение. Удачному выполнению пожелания был должен содействовать направленный обряд деяния, но в основном волшебное воздействие слова, без которого хотимое не исполнится. Более ярко это Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» проявлялось в эпической части комплота, в какой разворачивалась основная картина противоборства «своих» и «чужих» сил. Противодействие хотимой в комплоте цели оказывала, по народным представлениям, целая армия агрессивных сил («сатана», «темные духи»). Кроме «Господа нашего Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое», Исуса Христа», с ними вели борьбу все чины ангельские, окружавшие «престол Господень» и поближе всего находящиеся к Богу (Архангелы, Херувимы, Серафимы). В числе заступников и покровителей названы и «пророки». Необыкновенную роль в Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» исцелении игрались и «красные девицы», как знак невинной чистоты и безгрешности. Конкретно в комплоте на исцеление от заболевания более ярко приметен сквозной симпатический эпитет («золотые терема», «золотые стулья»), усиливающий смысловую заданность Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое». Большая роль в противоборстве с «чужими» силами отводилась небесному вояке — Мише Архангелу. Кроме иконографической традиции, этот любимейший в народе персонаж находит воплощение и в фольклорной традиции. Вооруженный «огненным щитом» и «пламенным Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» копьем», он низвергает «сатану с неба». Этими же атрибутами он, по воззрению человека, «защищает и ограждает» обратившегося за помощью «от всяких ветреных дум и оговоров». В осознании верующего человека, копье Миши Арханге- ла Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» — это не просто атрибут вояки и реальный физический предмет, а божественное орудие, упавшее с неба. Это наделило его пламенной энергией для низвержения противников на земле. Броско, что конкретно с божественным «пламенным копьем» Архангел Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» Миша мог побеждать не только лишь противников на небесах, да и в «царствие Бога на земле», установив настолько хотимый старообрядцами порядок жизни. Таким макаром, копье Миши Архангела, будь оно в Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» вербальной форме комплота либо в зрительной форме иконы, «берет на себя функцию креста, смысл которого состоит в утверждении связи земного мира и небесного»5.

Очень изредка знак копья изображался в вооружении «чужих», черных сил. В комплотах Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» оштинских старообрядцев нам представляется уникальная возможность демонстрации копий в руках отрицательных персонажей. В противовес справедливым и праведным действиям божественного копья, орудие сатаны «неприязненно», ибо находится на службе зла. Огораживанию «своего» мира от Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» мира «чужих», как видно из оштинских комплотов, содействовал и пользующийся популярностью знак «железного тына», простирающегося во все стороны, «от земли до неба», от «востока до запада».

В семантическое поле оштинских Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» комплотов органично вписан темпоральный признак. Типичное «раскрытие» границ меж земным и божественным мирами осуществляется через преодоление символических «дверей» и выход в «чистое поле». Конкретно там, по поверьям, вдалеке от земной суетности, размещался «престол Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» Господень» — средоточие небесных заступников и покровителей. Агрессивное воздействие черных сил должно было совсем уничтожиться «замыканием», что обозначало финишную часть комплота — «закрепку». Для этого предназначались два заговорных атрибута — «ключ» и «замок Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»». Эти знаковые знаки, по народным поверьям, также «хранились на небе»6.

В построенных семантических рядах представленных комплотов отсутствует принципиальный атрибут — дерево (береза, дуб, ольха). В комплотах на исцеление этим символам не только лишь передавалась болезнь от Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» человека. При помощи деревьев-вертикалей раздвигалась пространственная модель, знаменуя тем объединение 2-ух миров. Может быть, что в оштинских комплотах этой цели служили «пламенное копье» и «иголки медны».

Таким макаром, комплоты Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» старообрядцев Ошты не только лишь показывали калоритные эталоны фольклорного наследства с вплетенными в их элементами христианских традиций. Они иллюстрируют типичное отражение картины мира в народной культуре. Сохраняя античные традиции, старообрядцы находились в окружении Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» агрессивного им мира, который силами официальных властей вел со староверием непримиримую борьбу. Это противоборство «своего» и «чужого» миров отыскало образное воплощение и в фольклорной традиции старообрядцев.


В. Н. Семеновкер

(ПетрГУ)


^ «СВОЕ» И Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» «ЧУЖОЕ» В АРХИТЕКТУРЕ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА


Санкт-Петербург на пороге собственного трехсотлетия. Бывшую столицу Русской империи уже издавна называют «самым европейским городом» страны. И по правде, Санкт-Петербург с первого денька собственного существования стал реальным «полигоном Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»», на котором прошли типичное «испытание» фактически все европейские строительные стили, полигоном, на котором оставили свои творения наикрупнейшие забугорные зодчие. В итоге конкретно тут, на пустынных и болотистых берегах Финского залива вырос Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» город, который до сего времени восхищает хоть какого человека, хоть раз побывавшего в нем.

В градостроительных планах создателей Санкт-Петербурга исключительное место занимали концепции организации строительной среды, в каких главенствующая роль отводилась целостным Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» ансамблевым структурам. Потому в протяжении всего ХVIII в., переходя в первую половину ХIХ в., невзирая на замену стилей, идет непрерывное преемственное развитие ансамблевого строительства.

Суть же этого периода выражается состоянием «многостилья», когда Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» петербургское градостроительство «примеряло» себя к различным европейским стилям. В первой трети ХVIII в. было типично воззвание к серьезным утилитарным формам протестантской немецко-голландской архитектуры, импонирующей грозному быту и климату строящегося городка Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое», но уже к середине века более симпатичной становится пышноватая торжественность итальянского барокко, которое, в свою очередь, с 1760-х гг. сменяется поначалу единичными постройками, а к концу века — реальным расцветом классицизма Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое».

Но, невзирая на эту быструю смену стилей, постоянным остается основной градообразующий принцип застройки городка — рационализм. В итоге Санкт-Петербург становится безупречным прототипом рационалистического принципа зодчества, настолько резко отличавшегося от свободной, стихийной застройки Москвы и Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» других русских городов.

Первым из архитекторов, внесших более приметный вклад в архитектуру Санкт-Петербурга, был итальянец Д. Трезини (1670—1734). Воспитанный в традициях северо-немецкого барокко, он, попав в обста-новку строящегося городка, обязан был Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» сосредоточиться сначала на утилитарных качествах архитектуры, что и обусловило оптимальный, суховато-графический стиль его строений с их пилястровой разделкой стенок и плоскими наличниками. Этот стиль и обусловил «архитектурное лицо Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»» массовой застройки петровского Санкт-Петербурга. Барочные черты только намечаются в отдельных деталях построек, но уже в здании 12-ти коллегий и в колокольне Петропавловского собора они проступают довольно явственно.

До 1740-х гг. стиль публичных построек остается Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» серьезным и оптимальным. Но посреди века «архитектурное лицо» публичных построек изменяется: усложняется декор, все более экспрессивными становятся проявления стиля барокко. Триумф же этого стиля, получившего обширное распространение в Европе Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» еще с середины ХVI в., связан с именованием итальянца Б.Растрелли (1700—1771). Весь сияние собственного искусства он раскрыл в дворцовом строительстве, в разработке парадных композиций фасадов, праздничных анфилад и лестниц. Он не только лишь сделал Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» новый тип дворцового ансамбля и пригородной усадьбы с постоянным парком, да и отдал новейшую барочную интерпретацию православного пятикупольного храма. Его дарование было так значимым и уникальным, что исключало проигрывание его почерка кем Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»-либо из последователей, Он не сделал школы, но его искусство оказало приметное воздействие на развитие российского барокко, посреди зодчих которого следует именовать имя петербургского конструктора С. И. Чевакинского (1713—1780), построившего в стиле Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» барокко Никольский Военно-морской собор и, по неким догадкам, Шереметевский дворец (так именуемый «Фонтанный дом»).

Начиная с 1760-х гг. художественная культура Рф испытывает на для себя воздействие гуманистических мыслях Просвещения с его Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» культом разума и свободной личности. В архитектуре эти новые мнения находят выражение в смене стилей: на место барокко приходит классицизм либо «просвещенный стиль», как его называли современники. В базе его лежали просветительские идеи Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» разумного, гармонического начала, перенесенные в сферу искусства, в каком эстетическим эталоном была античность. Но основным в классицизме были новые требования к градостроительству, новые решения главной градостроительной задачи — организации городского места Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое». Классицизм представляет город как целостный художественный организм, состоящий из системы строительных ансамблей, в каком воплощаются просветительские идеи о гармоническом публичном устройстве. При всем этом классицистское обновление городка гармонически продолжает его недавнешнее барочное прошедшее Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое». На место единичных барочных строений приходят пространственно-пластические образования в виде системы строительных ансамблей. При всем этом, невзирая на строгую нормативность, классицизм представляет огромную свободу для выражения творческой особенности архитекторов.

Посреди тех Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое», кому выпала честь увековечить свое имя созданием шедевров архитектуры классицизма, следует именовать выдающихся мастеров евро зодчества: французов Ж.-Б. Валлен-Деламота (1729—1800) и О. Монферрана (1786—1858), итальянцев А. Ринальди (1709—1794), Д. Кваренги (1744—1817), В. Бренна (1747—1820), Л Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое». Руска (1758—1822), К. Росси (1775—1849), швейцарца Тома де Томона (1754—1813), немца Ю. Фельтена (1730—1801), шотландца Ч. Ка-мерона (1743—1812) и многих других.

Сразу с ними начали собственный творческий путь их российские ученики и последователи В. И. Неелов (1722—1782) и И Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое». В. Неелов (1745—1793), Н. А. Львов (1751—1803), И. Е. Старов (1744—1808), А. Н. Во-ронихин (1759—1814), А. Н. Захаров (1761—1811), В. П. Стасов (1769—1848).

Таким макаром, совместное творчество выдающихся европейских мастеров и их российских учеников Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» сделало тот вид Санкт-Петербурга, с помощью которого он становится «самым европейским» городом Рф, городом, который собственной красотой и цельностью дает уже с конца ХУШ в. повод ассоциировать его с наикрасивейшими городками Европы, именовать «Северной Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» Пальмирой» и «Северной Венецией». Санкт-Петербургу посвящают проникновенные строчки многие выдающиеся литераторы, а его строительные пейзажи становятся ведущей темой для многих живописцев.

Совместное творчество «своих» и «чужих» архитекторов продолжилось Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» и во 2-ой половине Х1Х — начале ХХ в., и уже к двухсотлетнему собственному юбилею северная столица Русской империи по монументальности и красе стала в один ряд с наикрупнейшими европейскими городками.

И сейчас, подводя Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» итоги трехсотлетней истории городка, нереально поделить «свой» Петербург от «чужого», обособить творчество «своих» и «чужих» архитекторов. Ведь конкретно их совместное творчество сделало этот умопомрачительный шедевр мирового зодчества, который продолжает оставаться «самым Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» европейским» из русских городов и «самым русским» — из европейских.


В. Н. Сузи

(ПетрГУ)


^ ОСИП МАНДЕЛЬШТАМ: ОТ «СВОЕГО» — К «ЧУЖОМУ»

(из опыта духовной идентификации

через смену культурной парадигмы)


Навряд ли вызовет принципные возражения (разве Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» что востребует уточняющих коррективов) идея о том, что оппозиция «свое-чужое» потенцирована взаимообратимостью ее составляющих, так как в этом движении заключена сама жизнь. Нам импонирует воззвание «чужого» в «свое» и очень неприятно оборотное перевоплощение Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое». Но в области нематериальной отчуждение «своего» не настолько тягостно, так как осуществляется полностью добровольно и обычно сопровождается обретением более (пусть и в личном восприятии) высочайшей ценности.

Броский пример произнесенному Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» — встреча поэзии и судьбы О. Ман-дельштама (понятой и принятой христиански), повышающая тонус притяжения, расширяющего личностную перспективу. Так складываются евхаристийные дела взаимо- и благодарения, дела диалога, что на онтологическом уровне и в церковной культуре зовется Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» Провидением, другими словами синергией (сретением) — Зиждителя и Его вида. Этот акт независимо от финала ведет к увеличению ставок для обеих сторон.

Понятно, что Мандельштам в возрасте 20 лет крестился в Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» методической церкви. Выбор конфессии, разумеется, был пока не настолько принципиален и определялся не циничными интересами, а ее сугубой нейтральностью, промежуточностью, периферийностью в христианском мире. Принципно было направление финала — из иудаизма в христианство.

Для поэта Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» факт личной биографии поэта ассоциируется с эпизодами из библейской истории — перевоплощением Иосифа Красивого из юноши, проданного братьями в рабство, во второго после фараона человека в Египте (при том, что иудей Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»-домоправитель фараона не изменил вере праотцев); и — воззванием Моисея в вождя старых евреев (с фрейдовским предположением «египетского» происхождения Моисея можно считаться либо не принимать его во внимание, но само его появление находится в смысловом Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» поле «возвышения» инаковости, обозначаемом формулой — «нет пророка в собственном отечестве»). Параллель устанавливается не только лишь по смыслу, да и как начало и конец одного «сюжета» египетского пленения. В личном плане Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» «тьма египетская» отождествляется поэтом с «хаосом иудейским», отвращаясь от которых, он устремляется к свету и свободе.

Легенда об Иосифе (в т. ч. и по сходству имен) животворит сознание и крепит решимость поэта, о Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» чем свидетельствует присутствие мотива в стихотворении «Отравлен хлеб…» (1913); Моисей не упоминается, но подразумевается, в мучительном вопросе «Скоро ль правдой народа станет правда моя?» появляется его образ («Посох мой, моя свобода…» 1914). Миф Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» накладывается на творческую волю, вводя поступок в культурное поле, придавая ему статус деяния, превращая его, если не в пример для подражания, то в менторский пример. Для человека и поэта это единственное и полновесное Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» оправдание его существования.

Но за этими именами угадывается духовно и поэтически высшее — imitatio Christi — «И печаль моих домашних Мне как и раньше чужда» («Посох», 1914; ср. с Христовым: «Кто Матерь Моя и Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» кто братья Мои?»). Нареченный принцип определяет не только лишь поэтику, да и судьбу Мандельштама, навстречу которой с готовностью он идет («я к погибели готов»). Вправду, смысловая доминанта его жизни — даже не самопожертвование, не спасение Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое», которое представляется ему лишней претензией, чуть ли не попыткой христозамещения, а наивное христоподражание. Поэт умаляется пред Господом и Папой Небесным до сущего младенчества, до самозабвенного следования завету «будьте, как дети» (отсюда Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» в его ранешней поэтике мотивы «инфантильности»). И эта любовь делает его, застенчивого и слабенького, на уникальность бесстрашным и несокрушимым. Он подвига самопожертвования не отыскивает, да и не отторгает, послушнически приемлет как Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» дар, отвечает призванию. Самоотвержение доходит до отказа от особенности во имя сверхличного, царственно надмирного. Богочеловек, воплотившийся через дщерь иудейскую из «рода избранного, царственного священства», претворяет ее в Приснодеву и Матерь населения земли. Так родо Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»-племенная данность преодолевается во имя всечеловеческой идентичности. А поэтический мотив и сюжет Боговоплощения актуализирует потенции универсального онтологического принципа Богообразности, иконичности бытия как метода обожения «твари».

К христианству поэт влечется, отвергая меональность и Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» тесноту «хаоса иудейского» («Душный сумрак кроет ложе…»), его манит духовная органичность и организация бытия. Это чувствуется уже в самых ранешних стихах «На бледно-голубой эмали…» (1909); тут не столько творчество руссоистски, шеллингиански и шиллеровски Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» природоподражательно, сколько природный пейзаж — культуросообразен. Натурфилософия поэта насквозь культурологична: уже не природа через культуру узнает себя, а культура рефлексирует по собственному поводу, она стает не реальностью второго ряда, а построена в Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» n-ную степень, представляя собой продукт христианского универсума.

Если Ахматову и Пастернака, какими мы их знаем, сформировали исторические происшествия, то Мандельштаму острое чувство разлада жизни было дано вначале. Непременно, без поэтического символизма Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» («Звук усмотрительный и глухой / Плода, сорвавшегося с древа, / Посреди немолчного напева / Глубочайшей тишины лесной…», 1908) Мандельштам не пришел бы к религиозному Символу-имени, к Логосу («Божье имя, как большая птица, / Вылетело Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» из моей груди» — стихотворение «Образ твой, истязающий и зыбучий…» 1912). Спекуляция Образом приводит символистов к духовной и поэтической регрессии, к условности аллегорий и эмблем, и, в конечном счете, к расхождению либо взаимозамещению поэзии и религии Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое». Эти издержки «творчества» поэт изживает как детскую корь. Ему претят ветхозаветно-символистские претензии «богоизбранности» («Есть девственные чары…» 1909). Юношеский кризис самопознания 1909 г. (в особенности неплохи чувством близкого финала стихотворения «В морозном воздухе Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» растаял легкий дым…», «На черном небе, как узор…» и предысходным обострением — «Змей») разрешается обретением смысла существования («Под грозовыми тучами…» 1910) и гипотезой: «Может мне всего дороже / Узкий крест и потаенный путь» (1910). Близится окончательный Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» разрыв с «родовым лоном» иудейства и символизма — «Из омута злого и вязкого…» (1910). Еще будут сомнения и рецидивы, муки неразрешимой потаенны бытия, но Слово произнесено, Дверь распахнута в историю и в вечность, даль открыта. И Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» сейчас погибель не стращает немотой, а воспринимается как причащение Одному; сохраняется надежда и на другой финал:

И хрупкой раковины стенки, —

Как нежилого сердца дом, —

Наполнишь шепотами пены,

Туманом, ветром и Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» дождиком… —

«Раковина» («Быть может, я для тебя не нужен…» 1911)


Вкупе с сомнениями и ужасами, с трезвым сознанием, что «музыка от пучины не спасет», наращивается удовлетворенность обретенного бытия; и уже не стращают утраты Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» и «печали», «скорби», претворяющиеся в «светлые печали». Недавнешнее ригористическое «Но если ты моментальным озабочен — / Твой жребий страшен и твой дом непрочен!» («Паденье — постоянный спутник ужаса…» 1912) уже устремлено к элегически высочайшему: «Вся Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» красота мира / Ресничного недолговечней взмаха…» (переложение из Петрарки) и к безумию Креста «Воронежских тетрадей» (30-е годы). Преодоление распада культурно-культовой формой независимо от ситуации единит, примиряет поэтов и нас с реальностью, заполняет Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» сердечко духовным веселием: «Вот дароносица, как солнце золотое…» (1915).

Чуду подобно и в то же время полностью закономерно, что универсализирующее кафолическое начало во всей собственной полноте раскрывается не на столбовых дорогах величавых цивилизаций, а на Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» периферии культурного мира и будто бы на обочине мировой истории. Это еще раз уверяет в величии малого и Премудрости «Бога деталей», Того, «Кому ничто не мелко, Кто погружен в отделку кленового листа Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое»». Божественное умаление предваряется тварным величием. Думается, сейчас С. С. Аверинцев не станет настаивать на давнешней собственной мысли, что без античности христианство осталось бы просто иудаистической сектой. Быстрее, без Христа эллинство Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» не исполнило бы собственной миссии изготовления «путей Господу», пророчествования «неведомого Бога» (ап. Павел). Если эллинство, по Ф. Зелинскому, «наш Ветхий завет», то православие — наше «эллинство».

Показательно, что нашу культуру как национальную идею Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» обрабатывали принявшие ее «инородцы». Этот процесс стал в особенности интенсивен с начала XIX века, начала 2-ой, культурной христианизации «народа-богоносца». Культура в этой метаисторической перспективе, не отменяющей исторической действительности, а преодолевающей ее схожением в ее Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» ад, стает «царским путем» к Церкви, где «несть еллина и несть иудея». Культура «на площадях» живет и погибает, но зачинается «в тиши келейной». И если 1-ая, культово-бытовая христианизация была Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» нацелена на соборность как законническую, историческую социальность, то 2-ая — на стяжание Благодати, Дух которой «дышет идеже хощет», но на массы нисходит «во деньки торжеств и бед народных», в «минуты роковые», а в будни навещает Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» упрямых и дерзновенных собственных послушников (по Пушкину: «Музы — существа безупречные; наше христианское ухо к ним привыкло»). — Мы нетерпеливо штурмуем небо, как чужую оплот, Отец же вводит нас в Дом по Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» лествице Иакова. Думается, воля к «синтезу» культур, одухотворявшая Мандельштама, имеет не только лишь культурные, да и культовые истоки, предполагая «симфонию» мирской и церковной жизни во Христе. Сейчас задачка заключается не в разделении Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» либо слиянии культуры и культа, не в руководстве 1-го другому, а в их взаимодополнении, в трезвом памятовании, что они — этапы Пути. И вновь актуален вопрос «с кем вы, мастера культуры?», переведенный не в политическую Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» горизонталь, а в телеологическую вертикаль. Для культуры и Церкви назрел финал из психических «катакомб» и их встреча в исторической действительности. Доблесть повиновения призвана слиться с дерзновением «тайной свободы», как Н. Г. Урванцева (КарелГПУ) - В. М. Пивоев (отв ред.), М. П. Бархота, А. В. Мазур «Свое» теплота и вино в Чаше бытия.




nigeriya-girc-k-interpretaciya-kultur.html
nigilizm-pereocenka-cennostej.html
niityogg-delovaya-korrespondenciya-.html