Ник Кейв: What Is Beautiful World

Дэвид Боуи: Live in Mars

Наверняка, этот практически археологических времен клип можно номинировать в категории «Художник заместо произведения» (если взять в долг заглавие ерофеевской выставки). Боуи — один из пионеров самого жанра музыкального видео.

К видео, как и к музыке, к синематографической карьере либо к современному искусству, в каком он так же Ник Кейв: What Is Beautiful World неоднократно (и небезуспешно) пробовал свои силы, Боуи относится с только ему характерной и только у него воистину счастливой консистенцией наивности и претенциозности. Поточнее сказать, он единственный, чей снобизм, чье желание быть претенциозным на самом деле собственной остается настолько юношески простодушным и настолько искренним. Конкретно в силу этой юношеской Ник Кейв: What Is Beautiful World алчности в овладении всеми последними откровениями умственной моды его опусы настолько нередко грешат чрезмерностью и, как все остромодное, настолько стремительно устаревают. Там, где хватило бы только 1-го его присутствия, только этого взора единственной в мире пары глаз со зрачками разной величины, он нередко нагромождает диковинную эклектику пантомимы, брехтианского театра, декораций Кирико и Ник Кейв: What Is Beautiful World красок Гилберта и Джорджа, нарочито грешных травестий и гламурных костюмов в стиле декадентствующих гангстеров. Идеальнее всего смотрятся его самые ранешние и самые последние вещи. Space Oddity, где мигающие пульты студии звукозаписи случайным чудом преобразуются в антураж кабины галлактического корабля, среди которой с подростковым надрывом поет странноватое, угловатое, практически Ник Кейв: What Is Beautiful World несуразное и невиданно красивое андрогинное существо с оранжевыми волосами. И Little Wоnder — отточенный шедевр, снятый восхитительным художником, звездой современного искусства Тони Урслером, придумавшим линчевский сюжет для собственных странноватых объектов — тряпичных чудовищ, проецирующих с видео живы, хотя и жутковато деформированные людские лица. Но Live in Mars гениален и Ник Кейв: What Is Beautiful World вне исторического либо животрепещущего контекста. Белоснежный двухмерный фон, на котором распластана колоритная и этой яркостью обезличенная, засвеченная фигура — фисташково-зеленый костюмчик, апельсинная прическа, красный рот, голубые глаза. Лицо — той же белизны, что и фон, и потому вроде бы несуществующее. Лицо с уорхоловских портретов, этих раскрашенных фото, демонстрирующих исчезновение живого вида даже Ник Кейв: What Is Beautiful World не за маской-имиджем, но за чисто знаковой декоративностью цвета. (Так мог бы отрисовывать дальтоник, раскрашивающий рисунки сообразно только надписям на тюбиках краски: волосы — темные либо желтоватые, глаза — голубые либо зеленоватые, губки — красноватые.) Боуи, этот самый напористый в собственном присутствии персонаж, тут добровольно исчезает в слепящих лучах Ник Кейв: What Is Beautiful World этих «пяти минут славы», вроде бы подменяет себя практически мультипликационным иероглифическим двойником на плоской картинке, но остаются ломкий, нервически-вкрадчивый, диссонирующий глас и странноватая сентиментальность песенки, контрастирующая с дендистским видом Боуи. Клип редчайшей, минималистской элегантности, умопомрачительной пластической и концептуальной чистоты.

Queen: Мейд in Heaven

Клипмейкерская эпопея Queen заходит в trivia истории Ник Кейв: What Is Beautiful World жанра. То, что присваивает ей меркантильную гениальность, — это ее особо бурный расцвет после кончины Фредди Меркьюри. Наверняка, самой успешной, прости Господи, находкой в реаниматорской деятельности квиновских режиссеров были даже не клипы, а превосходная мизансценировка мемориального концерта памяти погибшего солиста — тот момент, когда на сцене зажигался огромный экран и Ник Кейв: What Is Beautiful World запечатленный на нем Меркьюри заводил зал и уже не заснятый на пленку, а реальный зал вторил мертвому на киноэкране. Этот момент знаменовал первую посмертную виртуализацию звезды, которая на данный момент настолько растиражирована в промышленности виртуальных дуэтов с покойными музыкантами, вроде того, что записала Лорин Хилл с Бобом Марли.

Потом последовала череда клипов Ник Кейв: What Is Beautiful World, вновь и вновь анимирующих архивные кадры Фредди, до бесконечности продлевая его экранную «жизнь после смерти». Клип Мейд in Heaven, снятый на композицию с одноименного, вышедшего уже после смерти Меркьюри, альбома, был последним из этой посмертной серии. Сам Меркьюри в нем не возникает, как, вобщем, и никто из его группы Ник Кейв: What Is Beautiful World. Остается только звучащая за кадром музыка. Видеоряд клипа состоит из документальных съемок перформанса известного современного художника Стелларка. Вобщем, он навряд ли знаком зрителям MTV, и его возникновение в клипе остается анонимным.

Грузный немолодой человек, к оголенному торсу которого прикреплена 3-я рука — блестящая железная рука бота. Эта рука, управляемая Ник Кейв: What Is Beautiful World через сложную сенсорную систему импульсами мозга, способна двигаться автономно. Один из самых впечатляющих моментов стелларковского перформанса — живописец пишет на доске слово, и в письме участвуют сразу три руки… Нереально придумать более ужасную и поболее щемящую метафору «протезности» самого существования Меркьюри в этом посмертном альбоме Мейд in Heaven. Некогда Ник Кейв: What Is Beautiful World живой человек остался только в записях на пленке, но, манипулируя этими записями, еще можно создавать новые композиции, продлевая иллюзию его присутствия в мире. Как и перформанс Стелларка, сама практика записей такового рода посмертных композиций и альбомов отсылает к исконной мечте о преодолении грани меж живым и неживым — мечте Ник Кейв: What Is Beautiful World о бессмертии, даже если, как в научно-фантастических романах, мы сможем продолжить наше существование без бренной плоти, помещенные в механический носитель либо записанные на жесткий диск компьютера.

Ник Кейв: What Is Beautiful World

Кейв — также из числа тех персонажей, 1-го возникновения которых в кадре довольно, чтоб приковать наше внимание к Ник Кейв: What Is Beautiful World экрану. Практически все его клипы неплохи, но не оригинальны — и прерафаэлитские, декадентско-кичевые Wild Roses, и Wipping Song с феллиниевским целлофановым морем, и ранешние опусы, те, где Кейв со товарищи возникают на сцене практически кукольного балаганчика, который Bad Seeds, похоже, арендовали в очередь с Cure. What Is Beautiful World Ник Кейв: What Is Beautiful World при всей его незатейливости — подлинное откровение практически еретической простоты. Снятый в период зрелого расцвета жанра, когда бюджет клипа уже приблизился к бюджету полнометражного кинофильма, он поражает не то что бы миниатюризмом, но некий нестерпимой легкостью и превосходной наивностью. На фоне серебряного дождичка из русского «Голубого огонька» времен буйства диско посиживают два человека Ник Кейв: What Is Beautiful World в мятых костюмчиках (как произнесла Сьюзен Вега об элегантности, реальный мужик прогуливается в костюмчике, а не в джинсах, но этот костюмчик смотрится так, будто бы человек в нем спал) с немыслимыми лицами джанки, запивох, бандитов, прoклятых гениев — герои Жана Супруге и Чарлза Буковски сразу. Они не спеша передают друг Ник Кейв: What Is Beautiful World дружке допотопный микрофон и поют ностальгическую песню Армстронга о том, как великолепен этот мир. Дождь, хоть и серебряный, моросит с утренней промозглостью. Хотя свет мутно-электрический, почему-либо кажется, что уже рассвет и уже успели и напиться, и подраться, и помириться, и побеседовать о смысле жизни. И когда уже Ник Кейв: What Is Beautiful World все переговорено, вдруг поют Армстронга — с невообразимой, одичавшей и щемящей лирической красотой, на которую не способен никакой Синатра.


ni-odin-film-ne-mozhet-rasskazat-obo-vsem-sherl.html
ni-odno-predpriyatie-ceh-uchastok-proizvodstvo-ne-mogut-bit-prinyati-i-vvedeni-v-ekspluataciyu-esli-na-nih-ne-sozdani-bezopasnie-i-bezvrednie-usloviya-truda.html
ni-v-koem-sluchae-nelzya-nakazivat-rebenka-na-glazah-u-postoronnih-osobenno-sverstnikov-tem-samim-unizhaya-ego.html